введите цифры на картинке если цифры не разборчивые 
|
| Подарить подарок |
Добавить в Ленту |
ЕЩЕ |
Заметка
Дневник. |
Всего записей: 68, комментариев: 234 |
Рубрики: все, цитаты, С чем я согласна, Инструкции для мужчин, Стихи хи хи, Женщина и автомобиль, ПОВСЕДНЕВНОСТЬ, спорт, впечатления, ощущение потери, Пацталом, про котов и людей, в качестве рикламы
Серебристая ветла надо мною ветви клонит. Пряча зябкие ладони, не ищу уже тепла. И не в том моя вина, что сама себе довлею. По другому не умею, так привыкла быть одна. ........... По другому не умею, ............так привыкла быть одна. Паутиной нежных слов в час, когда захочешь ласки, ты затягиваешь в сказки, как искусный мухолов. Ты мне душу не трави соловьиной вешней трелью. Я в любовь почти не верю, так привыкла к нелюбви. .......... Я в любовь почти не верю, ...........так привыкла к нелюбви. И в чернильной пустоте золотится ломтик сыра - улыбаясь, кот Чешира, скалит зубы в темноте. Травы пьяны, не примять. Серебрятся звездной пылью. Можно верность сделать былью, но привыкла изменять. .......... Можно верность сделать былью, ...........но привыкла изменять. Не спешат лучи зари алым красить в поле маки. Посылают звезды знаки, холодеет все внутри. От судьбы не убежать, и давно хожу по краю. Я прощения не знаю, так привыкла не прощать. ...........Я прощения не знаю, ...........так привыкла не прощать. /Ольга Солонская/ 
|
||||||
То долгое время я верить стараюсь, Что это скорее всего напускное, Что это случайность. И я ошибаюсь. 
Эдуард Асадов
|
||||||
Ктобыблять убрал кровать, Вымыл пол и вкусный ужин приготовил Ктобыблять, Ктобыблять работу сделал, Ктобыблять мне дал поспать, Он ужасно добрый парень этот самый Ктобыблять, Ктобыблять всегда со мною Не боится ничего , если так пойдёт и дальше выйду замуж за Него !!!!!(С)
|
||||||
(взято из дневника реального холостяка) ну допустим для меня...у меня разве могут быть идеалы...?не факт...и вообще куда я смотрю на женщину?в глаза сначала а потом сзади на задницу...это факт.... так вот ...может и у меня были идеалы и образы идеальной женщины.... начнем с ...чего начнем то...ну...любил...там ...вобще любишь не за это...и не зато... раньше мне нравилось мне ведь что то в женщинах...? ведь было...блин....да и сейчас нравится...но уже не обращаешь внимания...это уже не важно... наверно должно быть какое то внутренне пространство...в его душе в которое надо попасть...это понятно сразу...а какая она внешне....какие там внутренние характеристики...разве это важно? примерно мы все мы одинаковы...две руки две ноги ...голова...ну разница в поле возрасте.... как один физик сказал что такое человек?это слабое полевое возмущение примерно от метра до двух с половиной ростом и какой то массой что если рассматривать его в гравитационном поле можно и пренебречь....наверно так....конечно когда тебе там 20 лет ты там что бы хрен стоял и он вообще стоял независимо от там душевных и физических....а потом надо вдруг чтобы любить...потом и это проходит...потом...а потом все таки есть в них что то важное для тебя...и они занимаются там разными пиар ходами и думают что вот это....откуда они могут что мне важно в них тем более что и сам иногда не знаю...вот и занимаешся полжизни разборками отношения своего к ней её к тебе...и в общем то это ничего не стоит.... вот семейные люди ...которые нормально семейные запнули всё это подальше и живут...а вот холостяк вот всё вот ковыряется и ковыряется в себе.... зачем? да уж и забыл....))) но не надо думать что у меня нет идеалов....они есть...и где не скажу....))) (С)
|
||||||
Я разрисую темные одежды Цветными красками. Где кисти? А потом Составлю слово теплое "надежда" Из пуговиц осеннего пальто.... (с) 
|
||||||
Пиздецблянах. Одинокие самодовольные твари довольны жизнью, и, тем самым, отбирают кусок хлеба у психуёлогов. Писхуёлоги бьют тревогу и прививают счастливым людям комплексы. Чтобы потом было с чем работать.(с)
|
||||||
> В далекие-предалекие времена, когда каждый ребенок знал, что экономика должна быть экономной и что слова "мир", "труд" и "май" -близнецы-братья, жила-была девушка. Скажем, Маруся. > Собственно, она и сейчас прекрасно себя чувствует. Правда, тогда она чувствовала себя лет на пятнадцать лучше. И была у Маруси мечта - скатиться по крутому склону на лыжах в красном спортивном костюме, да так, чтобы все мужики вокруг просто попадали. Костюм должен быть красный - и никакой другой. В поведении мужиков также не допускалось вариантов - они должны были не присесть, не попрыгать, а именно попадать. > И вот однажды партия и правительство сжалились над судьбой бедной > Маруси, и подарили ей на новый год хорошую премию. Маленькую, но хорошую. > Обрадовалась Маруся, побежала по магазинам, и, весело отстояв километров семьсот очередей, приобрела две вещи: красный лыжный комбинезон и путевку на лыжный курорт в одной из братских республик Союза Советских Социалистических Республик. Осталось лишь приехать, чтобы отнаблюдать штабеля валяющихся от такой красоты мужиков. > Маруся поехала. > Когда комсомолка, спортсменка и почти красавица Маруся взошла на склон в ослепительном клюквенно-алом комбинезоне, окрестные мужики приоткрыли бородатые рты и немного похрустели шейными позвонками, провожая ее алчущим взлядом. Комсомолка была почти счастлива. Не хватало мелочей - лихого спуска с горы и падающих мужиков. Маленький, но очень горный инструктор с комсомольским значком на волосатой груди, старательно обучил новичков азам лыжной грамоты и махнул рукой в сторону склона -валяйте. > Маруся ринулась было к спуску, но почувствовала, что в ближайшее время этого сделать не сможет. Пока не найдет где-нибудь дощатую конструкцию с буквами "м" и "ж". Очень ее прижали собственные малочисленные нужды. > Напомним, что на дворе стоял чудесный конец восьмидесятых, Коммунистическая партия СССР во главе с Генеральным Секретарем Центрального Комитета увлеченно отстаивала интересы мира во всем мире, и ей было плевать на такие мелочи, как сортиры на горных склонах. Партия была, а сортиров не было. Поозиравшись минут пять со сжатыми коленками, Маруся, краснея, подошла к инструктору и, наклонившись, прошептала ему что-то на ухо. > - Туалет?! - громко спросил инструктор, и горное эхо переспросило > еще пару раз: "Туалет, туалет..." - Да вы что, девушка? Откуда в горах туалеты? > ("Туалеты, туалеты..."  Вон, видите кусты? ("ты, ты..." Там и писайте.
> (..., ...) > Маруся, с лицом цвета собственного комбинезона, рванула к кустам, упираясь палками. > - Лыжи-то снимите, мите, мите!.. - крикнул ей вслед инструктор. > Маруся не услышала. Надо заметить, что советская швейная промышленность,идя навстречу решениям XXVII съезда партии, усилила борьбу за качество обслуживания советского населения. Все больше новых товаров появлялось на прилавках советских магазинов, и в том числе - красные горнолыжные комбинезоны со знаком качества > на спине. И с одной-единственной молнией от кадыка до пупка. Если б Маруся была мужчиной, то никаких вопросов не возникло бы. Но она была девушкой, страстно желающей пописать, а потому комбинезон был Марусей расстегнут и спущен до самых колен. Из технических моментов могу сообщить, что на Марусе таким образом осталась маечка. И все. > И вот тут, когда начался процесс единения Маруси с природой, физика внесла свои коррективы. Снег под ногами скрипнул, и лыжи, которые комсомолка так и не сообразила снять, плавно поехали вперед. Маруся взмахнула руками - но было поздно. На глазах у изумленной группы лыжников, среди которых были столь необходимые Марусе мужики, из кустов с постоянным ускорением выкатилась присевшая девушка в одной маечке. Тормозить голой попой в снег она не решилась. Поэтому, повизгивая от ужаса, катилась по склону, размечая желтеньким пунктиром снег между лыжами. > Быстрее, быстрее, еще быстрее... Громче, громче, громче!... > Усиленный тысячекратным эхом гогот мужиков провожал Марусю вдоль всей трассы. Мужики действительно валились в снег. Да еще и корчась в судорогах. > Но это еще не все. Пылающую от стыда девушку принесло прямехонько под ноги одному из мужиков. Тот стоял спиной к трассе. Маруся врезалась в него так, что мужика отшвырнуло метров на пятнадцать вниз по склону. Но зато позорный спуск без трусов был прерван. > От перенесенных переживаний и переохлаждения попы Маруся простудилась. > Выходить на склон она больше не решалась - в единственном на территории республики красном комбинезоне ее узнавали бы не хуже, чем Эдиту Пьеху. > Тыкали бы пальцами и хохотали. Маруся отсиживалась в больнице, в поселке у подножия горы. Там о ее рейсе никто ничего не знал. > Через некоторое время девушка успокоилась, и даже стала искать знакомства с остальными обитателями больницы, тем более, что мужиков и там было хоть отбавляй. На третий день объект был найден. Это был статный, высокий красавец лет тридцати пяти, с модной тогда бородой и взглядом капитана дальнего плавания. Он сидел у окна с гипсом на ноге, и грустно играл сам с собой в шашки. Маруся присела, завязался разговор. > Капитан расправлял плечи, шутил, звал в далекие края... > - А как вы ногу-то сломали? - спросила Маруся, чтобы ненадолго отвлечься от заманчивых предложений. > - Вы не поверите - в меня врезалась какая-то дура с голой ж-й...
|
||||||
Ну, назовите хоть одну причину, От страсти млеть, в глаза смотреть, реветь, Любить, страдать, желать Вас как мужчину… Вот не хочу и все! Да, такова: Cтроптива, непреклонна, своенравна. Меня давно не трогают слова «хочу», «мечтаю», А «люблю» - подавно. Не верите? Вы - супермен! И там, У Ваших ног, толпа влюбленных женщин, И все послушны, все покорны Вам. Ну, значит, на одну сегодня меньше. И хватит за руки меня хватать, Я к Вам не воспылаю страстью нежной. Я по ночам предпочитаю спать, А не томиться призрачной надеждой. Вот не хочу! Вам не дано понять, Как можно не хотеть такое тело. А, впрочем, мало пользы объяснять, Что тело - это даже не полдела. Я оставляю Вас другим мадам, Что на Вас глядя, давятся слюною. А я вот не хочу, и Вам не дам, И бесполезно пробовать со мною
|
||||||
А однажды маньяк говорит: "Вы уж извините, Клавдия Ивановна, но чувствую я зов своей маньяческой натуры. Должен я немедленно пойти в рощу и кого-нибудь по-всякому изнасиловать". "Ну, меня изнасилуйте" — предлагает Клавдия Ивановна. "Что вы, что вы! — говорит маньяк. — Я вам так обязан, вы столько для меня сделали. Что я, зверь совсем, что ли?" Скинул он кальсоны, вытащил из шифоньера плащик и ушёл. Клавдия Ивановна весь вечер проплакала, а потом заснула. "Всё равно вернётся, — думает. — Проголодается и вернётся". Но маньяк так и не вернулся. Старухи на лавочке рассказывали, что, будто бы в роще нашли удавленника — голого мужчину в плаще. Но эти старухи и не такого наплетут. Им лишь бы языки чесать.
|
||||||
Блядь Дмитрий Горчев. Клавдия Ивановна была страшная блядь. Бывало, бухгалтер Василий Андреевич подойдёт к ней после работы, ущипнёт: "А не предаться ли нам, любезнейшая Клавдия Ивановна, плотской любви?" Клавдия Ивановна от такой радости тут же на стол валится и вся пылает. А Василий Андреевич в штанах пороется, вздохнёт, очёчки поправит: "Пошутил я, Клавдия Ивановна, вы уж не обессудьте. У меня же семья, дети, участок. Приходите лучше в гости, я вас икрой баклажановой угощу, сам закатывал". "Дурак вы, Василий Андреевич, — отвечает Клавдия Ивановна, вся красная, неудобно ей. — И шутки у вас глупые. У меня у самой этой икры сорок две банки. Подумаешь, удивили". Ещё Клавдия Ивановна часто водила к себе домой мужчин. Ей было всё равно — хоть кто, хоть забулдыга подзаборный, никакой в ней не было гордости. Приведёт такого, чаю ему нальёт. А он сидит на табуретке, ёрзает: "Может по рюмочке, для куражу?" Ну, нальёт она ему водочки в хрустальную рюмочку и огурчик порежет. "А вы что же не выпиваете?" — спросит мужчина. "Ах, я и так как пьяная", — отвечает ему Клавдия Ивановна низким голосом, и грудь у неё вздымается. Мужчина прямо водкой поперхнётся и, пока Клавдия Ивановна постель расстилает, залезет он в холодильник и всю остальную бутылку выжрет без закуски. Вернётся Клавдия Ивановна в прозрачном розовом пеньюаре, а мужчина уже лыка не вяжет. Дотащит она его до кровати, он ей всю грудь слюнями измажет и захрапит. Таких мужчин Клавдия Ивановна рано утром сразу же прогоняла, даже оладушков им не испечёт. Однажды Клавдия Ивановна пошла давать объявление в газету. Так, мол, и так, хочу мужчину. Вот до чего довела блядская её натура. А в газете сидит тоже женщина, но немного помоложе: "Нет, — говорит, — у нас культурная газета, мы такого объявления дать не можем". «А какое можете?" — интересуется у неё Клавдия Ивановна. «Ну, какое... — задумывается та, — Женщина ищет высокооплачиваемую работу... Женщине нужен спонсор..." «Это что же, — удивляется Клавдия Ивановна, — за это ещё и деньги брать? Да нет, я же просто так, задаром". «Что? — удивляется женщина из газеты, — задаром? Неужели так приспичило?" И смотрит на Клавдию Ивановну с отвращением: вот, думает, блядь какая! Саму-то её главный редактор по пятницам прямо на ковролане ебёт, а она ничего, зубы стиснет и терпит, потому что детей-то кормить надо. Работу где сейчас хорошую найдёшь? Да и редактор, в общем-то, неплохой, не извращенец какой-нибудь. «Нет, — говорит, — вы, женщина, лучше ступайте себе подобру-поздорову, не приму я от вас никакого объявления". Так и ушла Клавдия Ивановна из газеты ни с чем. А по дороге домой напал на неё сексуальный маньяк. Выскакивает он из кустов, плащ распахивает: "Ха!" — кричит. "Ах! — восклицает Клавдия Ивановна. — Глазам своим не верю!" "Это Хуй! — говорит маньяк. — И сейчас я этим Хуем буду вас по-всякому насиловать!" "Ах, по-всякому!" — совсем уже млеет Клавдия Ивановна и падает в обморок. Приходит она в себя, а маньяк рядом стоит: "Что это вы тут в обморок валитесь, — спрашивает он её строго. — Я бесчувственное тело не могу по-всякому насиловать". "А какое тело вы можете насиловать, мой зайчик?" — спрашивает Клавдия Ивановна и стягивает рейтузы. Маньяк от этих рейтузов совсем сник. "Нет, — говорит, — вы уж идите, женщина, только не рассказывайте про меня никому, а то подкараулю и убью зверски". «Да что вы, — отвечает Клавдия Ивановна и сумочку подбирает. — Зачем мне рассказывать. Пойдёмте лучше ко мне, я вас чайком напою. Замёрзли тут, наверное, в кустах, в плащике-то на голое тело. Ещё простудитесь". Привела она его к себе домой, напоила чаем с яблочным пирогом, рюмочку налила и всё смотрит с надеждой: может, насиловать начнёт? А он пригрелся и на жизнь свою маньяческую жалуется: как одна женщина его дихлофосом обрызгала, как подростки на дерево загнали... Пожалела его Клавдия Ивановна, дала ему кальсоны отца своего покойника и постелила ему в зале. Всю ночь прислушивалась: не подкрадывается ли? А он посапывает, спит как убитый, видно и правда несладкая у маньяков жизнь, намаялся. Утром маньяк снова было к себе в рощицу засобирался, но вдруг раскашлялся, температура у него поднялась, видать действительно простыл совсем. Клавдия Ивановна напоила его чаем с малиной, дала аспирину и строго-настрого приказала лежать под одеялом. Замочила его плащик в тазике и на работу пошла, будь что будет. Ограбит — значит судьба её такая. Возвращается вечером, волнуется — а как правда ограбил? Нет, стоит маньяк на кухне в кальсонах и глазунью себе жарит. "Извините, — говорит, — я тут пару яичек у вас позаимствовал, кушать очень хочется". "Ой, да что вы! — всплескивает руками Клавдия Ивановна. — Там же супчик в холодильнике нужно разогреть! И мясо по-французски я сейчас в чудо-печке поставлю. Яичница — это что за еда!" Так и прижился у неё маньяк. Оказался он мужчиной неплохим, положительным. Полочки на кухне сделал, мусор выносит, на базар за картошкой ходит. Одна беда — никак он себя как мужчина больше не проявляет. Клавдия Ивановна уж и так, и эдак: из ванны будто случайно промелькнёт, тесёмочка у неё с плеча упадёт, котлетки ему накладывает и бедром заденет. А тот только загрустит, и всё. Однажды Клавдия Ивановна подсмотрела, как он надел старенький свой плащик на голое тело, встал перед зеркалом, распахнул и шёпотом "Ха!" говорит. Посмотрел он на себя внимательно, вздохнул, надел кальсоны и пошёл выносить мусор.
|
||||||
